Повышение квалификации
Досуг

Детство, опаленное войной

Детство, опаленное войной

В День, когда страна вспоминает начало контрнаступления Красной армии под Москвой 5 декабря 1941 года, мы обратились в Государственный музей обороны Москвы с просьбой рассказать о том, какие испытания выпали на долю детей и педагогов в осажденной Москве и какую роль в обороне города взяли на себя его юные защитники. А также о том, какие образовательные детские программы есть у музея, в том числе в онлайн-формате, доступном педагогам и школьникам из любого уголка нашей страны.

Фото: Дмитрий Сушко

Методист по научно-просветительской деятельности Государственного музея обороны Москвы Кирилл Дряннов:

— Это ненормально, когда ужасы войны вторгаются в мир ребенка, — детство не должно быть омрачено никакими войнами. Детство должно быть согрето родительской любовью и вниманием.

В те жестокие годы невыносимо трудно было всем — и старым, и малым, и солдатам, и их близким. Но особенно страдали дети. Страдали от голода и холода, от невозможности вернуться в детство, от кромешного ада бомбежек и страшной тишины сиротства…

Мальчишки и девчонки шли в военкоматы, прибавляли себе год-два и уходили защищать Родину, многие погибали за нее. Дети воевали наравне со взрослыми. Они были разведчиками, связными-подпольщиками — и в действующей армии, и в партизанских отрядах. И это были не единичные случаи. Таких ребят, по данным архивов, было десятки тысяч.

В войну появился и такой статус, как «сын полка», ставший нарицательным. В основном это были сироты, которых подбирали в разбитых и сожженных поселках. Но были среди детей полка и добровольцы. Не в срок повзрослевшие, не по годам мудрые и невероятно стойкие юные герои противостояли войне. Об одном из них мы расскажем ниже.

В дневнике одного немецкого солдата было написано: «Нам не победить эту страну, потому что там воюют не только солдаты, но женщины и дети».

Дошкольники и воспитатели детских садов

22 июля 1941 года был первый вражеский налет на Москву. Руководство Моссовета приняло решение перевезти воспитанников детских садов в отдаленные от Москвы районы. В 1941 году детские сады отделов народного образования практически перестали существовать: вместо них в Подмосковье организовывали интернаты.

Многие педагоги, методисты, заведующие не покинули город в период массовой эвакуации из Москвы. Они остались и работали комендантами, сторожами или истопниками — следили за пустыми помещениями детских садов. Есть сведения, что в числе тех, кто создавал оборонные укрепления на подступах к Москве, было не менее 500 воспитателей, нянь и других сотрудников закрытых детских садов.

В Железнодорожном районе в одном из эвакопунктов была организована детская комната при непосредственном участии Н. А. Метлова — одного из основоположников общественного дошкольного воспитания в СССР. Методист района З. С. Терновцева вспоминала, что в этой комнате звучала музыка. Николай Афанасьевич заводил патефон, дети пели и играли. Здесь они забывали про войну.

«В первую очередь дети!» Убежище по ул. Октябрьской, дом 38, 1941–1942 гг.

К концу января 1942 года, когда враг был уже за 350–400 километров от Москвы, детские сады открывали прямо в бомбоубежищах.

Школьники столицы в годы войны

С самого начала войны в Московском городском комитете ВКП(б) шел разговор о дальнейшей судьбе московских детей. Уже 1 июля Исполкомом Моссовета было принято постановление по их эвакуации, и к 31 июля 1941 года из Москвы были вывезены уже 472 тысячи детей. Столицу покинул 9281 педагог.

Из Москвы и области было эвакуировано 97 школ фабрично-заводского обучения (ФЗО) и училищ. Остальные же — 16 школ ФЗО, 8 ремесленных и железнодорожных училищ города — приступили к изготовлению деталей для военной техники. Случалось и такое, что у станка мог оказаться и тот, кому еще не было 13 лет, — помогать фронту стремились все, включая детей. А если ростом не вышел — дети вставали к станку на табуреты.

Несмотря на эвакуацию, в городе еще оставалось огромное количество детей. Уже с лета 1941 года их начали привлекать к общественно-полезным делам для обороны города.

Огромную роль сыграла система МПВО (местная противовоздушная оборона), активными участниками которой были московские школьники. За первые 9 месяцев войны на город было сброшено около 100 тысяч вражеских зажигательных бомб, а бойцами МПВО ликвидировано около 44 тысяч возгораний и двух тысяч пожаров. Воздушные атаки немецкой авиации на Москву продолжались весь 1941 год.

Газета «Вечерняя Москва» 13 декабря 1941 года писала: «В одном из домов по улице Кирова с первых дней войны дети принимают активное участие в работе группы самозащиты. Они дежурят по штабу и у здания, следят за порядком в убежищах». Ребята действительно хотели помогать и делали все возможное — таскали песок в бочки для тушения зажигательных бомб, вели дежурства на чердаках, потому что на сами крыши входить им не разрешалось.

При крупных домоуправлениях были созданы разновозрастные пионерские отряды, которые получили наименование форпостов. Студентам педагогических вузов, молодежи, имеющей опыт в организации общественных детских объединений, дается поручение организовать в городе несколько таких форпостов. Газета «Вечерняя Москва» 13 декабря 1941 года писала, что в Советском районе были созданы 19 детских форпостов и 8 пионерских.

  Огромную воспитательную и общественную роль сыграли собранные в то время тимуровские команды, оказывавшие помощь различным учреждениям города. Можно сказать, что это детское общественное движение предшествовало созданию современных волонтерских организаций.

В годы Великой Отечественной войны тимуровские команды и отряды действовали в школах, детских домах, при дворцах и домах пионеров и других внешкольных учреждениях; только в РСФСР насчитывалось свыше двух миллионов тимуровцев.

Чем же занимались ребята из этого движения? Они шефствовали над госпиталями, семьями бойцов и командиров Красной армии, детскими домами и садами, помогали собирать урожай, работали в фонде обороны, брали под свою опеку пожилых людей. Да и в послевоенный период их работа не закончилась — ребята оказывали помощь инвалидам и ветеранам войны и труда, престарелым, ухаживали за могилами погибших воинов.

Школьницы на «Тимуровском огороде» в парке на Красной Пресне. Слева направо: Полина Иванова, Вера Штукатурова, Соня Бояринова. Москва, май 1942 г.

Подростки того времени уже не считали себя детьми. Так, например, в фондах Государственного музея обороны Москвы хранится не только фотография, но и воспоминания Веры Штукатуровой, юной москвички, участвовавшей в тимуровском движении в годы Великой Отечественной войны. Вот что она пишет:

«Я тогда уже не считала себя ребенком…»

«Девочки из тимуровской команды занимались в госпитале с ранеными: госпиталь находился в Тестовском поселке, в бывшем здании детской больницы. Там мы не чурались грязной работы — протирали полы, гладили стираные бинты, мыли посуду, ухаживали за ранеными, кормили тех, кто не мог сам есть».

«Нам в голову пришла замечательная мысль: весной 1942 года мы решили разнообразить стол раненых бойцов ранними овощами. Мы обратились в администрацию Парка «Красная Пресня» и попросили выделить нам часть бывших цветников, которые превратили в грядки. Рабочие парка нам помогли вскопать, а агроном Мария Петровна снабдила нас семенами ранних овощей. В конце июня мы получили хороший урожай. Собрали несколько корзин ранних овощей и отправили в госпиталь».

При домах культуры продолжали свою работу кружки рукоделия — на них девочки вязали рукавицы, шарфы, шапки и теплые носки, шили кисеты и простые рубашки не только для фронтовиков, но и для детей в детских домах.

В кружках самодеятельности ребята готовили номера для выступления перед ранеными в госпиталях. Там же дети, приходящие общаться с бойцами, помогали писать им письма родным с их слов — из-за ранений и слабости не все солдаты могли самостоятельно отправить весточку своим близким.

Летом юные москвичи помогали в Подмосковье в сборе урожая плодовых и овощных культур, лекарственных трав и ягод.

На фронте. Юный разведчик Витя Кусакин

Бои за город Наро-Фоминск, который расположен на юго-западе Московской области, начались 22 октября 1941 года. Линия фронта проходила прямо по реке Нара, что делит город на две части.

Бой за Наро-Фоминск вели части 1-й гвардейской мотострелковой дивизии. В самый разгар боев в подразделениях 175-го мотострелкового полка стали появляться дети — местные ребята бежали от ужасов войны к тем, кто мог их защитить, — к воинам Красной Армии.

Среди мальчишек, искавших спасения у солдат, особенно выделялся 11-летний Витя Кусакин. Когда он перебрался через линию фронта, то сообщил командованию 175-го полка ценные сведения о местоположении войск противника.

Разведчики Сергей Соловьев и Виктор Кусакин (справа), 1943 г. Фото из фондов ГБУК «ГМОМ»

Витя как и многие его сверстники, нашедшие приют в гвардейской дивизии, не стал оставаться в стороне от войны. Он становится разведчиком — ведь город он знает, что называется, «как свои пять пальцев».

Юный герой ходил в разведку, добывая важные сведения о противнике. Однако его частые появления в расположении немецких войск вызвали у врага подозрения, и Витя был задержан. Юный разведчик представился сиротой. Немцы определили мальчика для работы на солдатской кухне, но установили за ним слежку.

Однажды Витя решился бежать. Для конспирации он взял два ведра для воды и спустился к речке, чтобы затем совершить побег, но был схвачен. На допросе юный разведчик молчал. Оккупанты избили мальчика, а один из нацистских офицеров топором отрубил Вите пальцы правой руки. Изувеченного, еле живого ребенка бросили в холодный дом медленно умирать.

Придя в себя и остановив кровотечение, Виктор нашел в себе силы выбраться через разбитую крышу дома, где его держали, и сбежал. Даже по современным меркам это покажется фантастическим — ребенок смог сделать то, что зачастую не под силу и взрослому человеку.

Восемь суток измученный и изувеченный, обессилевший Витя пробирался в 15-градусный мороз к линии фронта в свой полк, чтобы продолжить борьбу с врагом.

После возвращения в полк Виктор Кусакин был отправлен в госпиталь на лечение: долгое нахождение на снегу дало о себе знать — пришлось лечить тяжелое воспаление легких и обморожение рук и ног. Но самое страшное — изувеченную правую руку мальчика парализовало. Казалось, что здесь от врачей будет только один приговор — инвалидность на всю жизнь.

Но после излечения в Москве, летом 1942 года, Витя вернулся в свой полк и продолжил сражаться. Однако, вскоре после перехода советских войск в наступление, в декабре 1942 года, Витя и его сверстники были отправлены на учебу в Москву. Это и понятно: война войной, а дети должны жить и учиться.

Витя не мог удержаться в школе и вскоре сбежал обратно на фронт. Свою дивизию юный герой догнал уже в районе Ржева. Был январь 1943 года…

17 декабря 1943 года Витя погиб в бою…

За участие в боях Виктор Яковлевич Кусакин был награжден медалью «За отвагу» и орденом Отечественной войны II степени (посмертно).

И таких школьников-героев, участвовавших в боях за Москву было немало. Воспитанница Панфиловской дивизии Маша Макарова, ценой тяжелого ранения восстановила порванные провода связи. Боря Кузнецов ценой своей жизни спас от подрыва мост, по которому шли советские танки. Паша Никаноров, Ваня Володин, Петя Трифонов, Саша Крыльцов, Ваня Деревянов и другие ребята отбили свою деревню Стеблово Волоколамского района из брошенного немцами при отступлении оружия, когда те вознамерились вернуться. Две девочки — Катя Дудукина и Нюра Чесалина помогли бежать из плена запертым в клубе села Петровское Клинского района почти ста красноармейцам. Коля Васильев уничтожил два пулемета фашистов, мешавших наступлению наших солдат в боях за Яхрому. Перечислять юных героев можно долго.

В дождь, холод, иногда под обстрелом 20000 старшеклассников трудились на тяжелых земляных работах, создавая оборонительные рубежи вокруг Москвы, в самом городе рыли водоемы, подземные укрытия, строили бомбоубежища. Для защиты от зажигательных бомб 40000 школьников участвовали в засыпке песком и известковании чердаков домов, ребячьи посты следили за светомаскировкой.

Заботились ребята и о раненых в госпиталях. Читали им газеты и книги, рассказывали о событиях на фронте, о жизни в тылу, чинили белье, помогали медицинским сестрам делать перевязки, вручали самодельные подарки, устраивали концерты, ставили спектакли. Свыше 8000 концертов дали ребята в госпиталях.

Тысячи подростков пришли на заводы и фабрики, усердно осваивали специальности, старались как можно скорей заменить взрослых рабочих, ушедших на фронт.

В период летних каникул на полях подмосковных колхозов, совхозов, подсобных хозяйств, собирая дикорастущие плоды, ягоды и лекарственные растения, работало свыше 50 тысяч школьников.

Юные москвичи передали в фонд Советской армии более 1000000 рублей, послали на фронт 260000 подарков.
На средства, заработанные школьниками Москвы и области на воскресниках, были построены и отправлены на фронт 18 танков — целая колонна «Московский пионер».

О том, какие образовательные детские программы есть у музея, в том числе в онлайн-формате, доступном педагогам и школьникам из любого уголка нашей страны, читайте во второй части нашей статьи.